Кошелёк или… аплодисменты

Если восхищение актёрским искусством выразить в денежном эквиваленте, то на сцену стоит бросить… кошелёк. Именно так, должно быть, подумали зрители на первом показе пьесы «Недоросль» в 1782 году. Зрителей настолько поразила сатирическая точность пьесы и узнаваемость героев, что от переизбытка благодарности они принялись швырять на сцену кошельки. Показ, кстати, проходил на Марсовом поле (тогда Царицыном лугу) в деревянном театре купца Книппера.

А если спектакль не нравился? Выражать недовольство умели современники Шекспира. Зрители могли покупать яблоки и есть их во время действия. А если режиссёрский ход не вызывал отклика в душе, то эти яблоки летели уже на сцену. Помидоры тогда были не в почёте.

Интересно, что и рассадка в зале во времени Шекспира была другая — у самой сцены были стоячие места для простолюдинов, а знать могла занимать место прямо на сцене. Те, кто стоял у сцены (а билет стоил крайне мало, 2-3 пенни), назывались groundlings. Про них говорит Гамлет, сетуя на слишком громких актёров: to split the ears of the groundlings («рвёт страсть на клочья, чтобы поразить чернь…»).

Представим, что кто-то платит зрителям за бросание кошельков или яблок. Да и просто за аплодисменты. Таких «купленных» зрителей называют клакёрами (от французского claque — хлопок ладонью). Когда-то от них зависел успех или провал премьеры или карьера артиста. Клакёров задабривали подарками, проходками на премьеры и всяческими знаками внимания, а те, в свою очередь, в нужный момент хлопали, смеялись, плакали, кричали реплики из зала. Другие зрители могли поддаваться на их реакции и начинать делать то же самое.

Такая вот прогулка по театральным эпохам. Надеюсь, не захотелось закупиться яблоками перед спектаклем (только если не идёте на «Превращение», там это даже кстати).